Предыдущая Список статей  

Нужно ли говорить «ребенку из пробирки» о его родителях?


Первый украинский ребенок, рожденный суррогатной матерью, уже получил паспорт.

СЛУЧАЙ с американской гражданкой Джанет Рунйон стал поводом для пресс-конференции, которую организовала Украинская ассоциация репродуктивной медицины (УАРМ). Говорили о юридических и этических аспектах репродуктивной медицины.

На сегодня в Украине работает 20 клиник, оказывающих услуги по программам суррогатного материнства. Как выразился пионер репродуктивной медицины, вице-президент УАРМ Федор Дахно, «в них создают детей с помощью рук и разума». Только две клиники государственные, остальные — частные. И ежегодно в нашей стране проходит около семи тысяч так называемых репродуктивных циклов (искусственное оплодотворение «in vitro», то есть «в пробирке», затем перенос эмбриона суррогатной матери). «Это немножко больше ста циклов на миллион населения. Для сравнения: Европа сегодня делает около тысячи циклов на миллион. То есть резервы украинской репродуктологии достаточно велики, и в этом плане нам еще предстоит много работы», — говорит президент УАРМ Александр ЮЗЬКО. — Эффективность же нашей репродуктологии находится на уровне среднеевропейской и составляет 30%, как и у наших соседей россиян».

Первому украинскому ребенку — девочке, рожденной по технологии суррогатного материнства, как поведал Александр Михайлович, уже 16 лет. «Не сильно отстали мы от россиян. Русской девушке Лене (рожденной суррогатной матерью) исполнилось 20 лет, у нее уже есть свой ребенок», — рассказывает Александр Юзько. А вот самому первому в мире ребенку, выношенному суррогатной матерью, — 30 лет. Луиза (так зовут женщину) уже имеет своих детей. Как утверждает Александр Михайлович, сегодня не стоит вопрос: быть или не быть украинской репродуктологии, развиваться ей или же не развиваться. Обсуждаются только проблемы, касающиеся улучшения системы суррогатного материнства.

«Ситуацию с суррогатным материнством в Украине можно разделить на два этапа. До 1 января 2004 года были только единичные такие случаи, а делалось это по принципу: не запрещено — значит, разрешено», — говорит вице-президент УАРМ, директор клиники репродуктивной медицины «Надiя» Валерий ЗУКИН. После принятия нового Семейного кодекса Украины, по словам Валерия Дмитриевича, к таким методам репродуктивных технологий стали прибегать намного чаще. Только за 2007 год родилось 32 суррогатных малыша. 27 из них — у наших граждан, а пять — у иностранных. Причем восемь украинских детей были выношены кем-то из родственников супругов (сестрами, матерями и т. п.). Этот факт позволяет говорить о том, что суррогатными матерями становились уж точно не из-за денег, а из сострадания и желания помочь.

Как же с психологическим развитием «суррогатных» детей? К сожалению, такого исследования специалисты не делали. Но директор Института репродуктивной медицины Федор Дахно уверен, что эти дети ближе к индиго, чем все другие. Из-за того, что им достается намного больше внимания — задумка зачатия, само зачатие, беременность... Хотя был в мировой практике и один негативный случай, когда ребенок по программе суррогатного материнства родился с болезнью Дауна.

Знают ли дети, родившиеся от суррогатных мам, свою историю? «В мировой практике такая информация объявляется. А вот мы когда-то проводили исследование и выяснили, что только 10—15% пар не делают из этого тайны, а в 85% семей об этом не знают даже самые близкие родственники», — говорит Валерий Зукин. Плохо это или же хорошо? Насколько можно информировать ребенка о тайне его рождения? По словам Федора Дахно, мнения экспертов очень уж разные. А вот Валерий Зукин говорит о законе, принятом в Англии в 2004 году, — в случаях, когда используются донорские материалы для суррогатного материнства, ребенок в 18 лет должен быть информирован о своих генетических родителях. Это вызвало в Туманном Альбионе большие дебаты, в настоящее время многие люди не хотят идти в клинику и подписывать такой договор. Украинские же эксперты, участвовавшие в пресс-конференции, считают: решение — что говорить ребенку, а что нет — должны принимать исключительно родители.

Но есть в суррогатном материнстве и очень тонкий нюанс: это помощь в рождении ребенка или все же торговля людьми? Об этом и спросили «ВЕДОМОСТИ». Валерий Зукин отвечает так: «Я понимаю это таким образом: если стоит цель только получения денег, то это торговля людьми, а если цель — помочь, то это уже не торговля людьми. Но я понимаю, что это очень условно». А вот Федор Дахно ответил, задав мне встречный вопрос: если, мол, нужно человеку сделать операцию по пересадке тазобедренного сустава, то это торговля или не торговля? «Эти суррогатные матери 32-х, появившихся за этот год с помощью нашей репродуктивной медицины, — героические люди!» — уверен Федор Власович.

С юридической точки зрения ответил нам член правления УАРМ, медицинский директор клиники «Исида» Андрей ТУМАСОВ: «Юриспруденция трактует акт купли-продажи, только если продаваемый объект принадлежит лицу, которое его продает. Если говорить о программе суррогатного материнства, то родившийся ребенок не принадлежит и не является собственностью суррогатной матери. Потому речи о продаже детей даже не может быть». А Валерий Зукин даже процитировал заключение этического комитета Американской ассоциации репродуктивной медицины по поводу этичности получения денег суррогатной матерью. Вот что об этом говорят американцы: «Это не оплата за ребенка, а компенсация затрат, сил и рисков, перенесенных во время беременности».

На вопрос — как вы ищете суррогатных матерей, Валерий Зукин сказал, что кандидаты сами их ищут. Критерии же отбора, по словам Валерия Дмитриевича, очень жесткие. Первое — это фейс-контроль: «По социальному статусу не должны быть бомжи». Второе — консультация у психолога. Но, по словам директора клиники «Надiя», для того, чтобы психолог мог разобраться, какие мотивы движут суррогатной матерью, должен проработать в клинике года три. «Не получается у нас так, поэтому этим занимаются опытные медсестры», — говорит Валерий Зукин. Выходит, что консультация психолога проходит без психолога.

А еще в мотивах женщины, собирающейся вынашивать ребенка на заказ, обязательно должен быть элемент сострадания, поэтому в клинике пытаются узнать, какую долю в ее решении занимает материальный вопрос, а какую сострадание. «Если это стопроцентно деньги — женщина не подходит. Но не потому, что мы такие правильные, а потому, что беременность без элементов сострадания обречена на провал», — уверен Зукин.

НЮАНС

Мальчик или девочка?
Интересный момент — выбор пола будущего ребенка. Возможно ли такое при новых репродуктивных программах или нет? Как уверяют эксперты, обращаются с просьбой о дитяти конкретного пола редко. «В основном это актуально для мусульман, потому что у них не спрашивают, сколько у тебя детей, а спрашивают, сколько у тебя сыновей, — говорит Валерий Зукин и снова ссылался на опыт Американской ассоциации: — В случае наличия в семье двух детей одного пола и сознательного отношения родителей к этому, то эта процедура считается этичной. В некоторых странах это запрещено, а вот в украинском законодательстве такого пункта нет». Но Федор Дахно боится возможной «дискредитации по женскому полу», если этот вопрос не будет хорошо изучен и урегулирован. Но его успокоил Валерий Зукин. Он рассказал, что недавно к нему приходило несколько семей, где было по четыре мальчика, поэтому они хотели бы девочку.

КСТАТИ

Мода на чужие роды. В каких же случаях прибегают к суррогатному материнству? Может любая женщина по желанию пройти эту программу? «ВЕДОМОСТИ» поинтересовались, не станут ли в ближайшем будущем беременность и роды непопулярными, как когда-то в аристократической среде — кормление грудью? Ведь репродуктивные технологии теперь дают возможность получить биологического ребенка без мук.
«Обращения к суррогатному материнству по социальному поводу (я модель, я актриса, мне некогда вынашивать ребенка) уже были. Мы в таких случаях отказываем, — уверяет вице-президент Украинской ассоциации репродуктивной медицины Валерий Зукин. — К суррогатному материнству женщины допускаются только по медицинским показаниям». В клиники несколько раз обращались гомосексуальные пары, причем как иностранцы, так и с Украины. Валерий Дмитриевич говорит, что такие пары сразу же получают отказ. «Украинская Ассоциация репродуктивной медицины считает, что гомосексуализм не является медицинским показанием для суррогатного материнства».

ЦИФРА

6—8 тысяч гривен — такую стоимость «лечения бесплодия по программе суррогатного материнства» озвучили на пресс-конференции.
25—150 тысяч гривен — цены на суррогатные программы в прайсах клиник репродуктивной медицины.

Источник: Киевские Ведомости

Предыдущая Список статей